Война из-за ЭвбеиСтраница 7
Балдуин II мог посмеяться над добродушным кредитором, который счел эти кости равноценными этой сумме и принял их в погашение долга. Из Афин отправился Балдуин далее в Ахайю, в гавани Кларенца сел на корабль и поехал в Апулию, посетил короля Манфреда, который его богато одарил, и явился потом во Францию как претендент на свое утраченное государство, и этим званием своим он вел еще более выгодную торговлю, чем реликвиями греческих святынь. Хотя это звание в действительности не имело никакой цены, тем не менее державные покупатели, обладавшие действительной силой, могли сообщить этому званию законную силу и придать ему историческое значение.
Между тем морейский князь все еще находился в плену у венчанного победой императора Михаила во Влахерне или Буколеоне. Он теперь убедился, что ему после падения Константинополя не оставалось другого выбора, как или принять тяжелые условия, или же оставаться в безнадежном плену. Так как он выбрал первое, то он не мог служить прообразом того стойкого португальского принца, который предпочел умереть в заточении у своего врага, чем сдать хоть одну крепость мароккскому султану.
После мучительной и продолжительной борьбы Гильом II принял предложенный ему ультиматум: покориться Палеологу как законному императору ромеев, передать ему крепости Майну, Мизифру, Гераки и Монембазию и присягнуть за оставленную еще ему Морею. Михаил VIII требовал еще также Аргос и Науплион, но отступился от этого, так как Вилльгардуен убедил его, что он, Вилльгардуен, никогда не может понудить герцога афинского отдать Михаилу VIII владение дома ла Рошей Так как отречение от этих лаконских городов, которые Вилльгардуен, однако, сам завоевал и поэтому смотрел на них как на собственные владения, он ставил в зависимость от согласия вельмож Морей, то Готфрид де Брюйер был выпущен из заключения, чтобы об этом осведомиться у баронов.
Герцог афинский с радостью принял своего зятя в Фивах, но в качестве ахайского байльи он должен был ужаснуться чудовищного требования передать грекам вместе с наиболее сильными крепостями Пелопоннеса и судьбу латинцев. Он созвал haute cour баронов в Никли. Морейская хроника замечает, что этот парламент большей частью состоял из дам - жен и вдов несчастной знати, разбитой при Пелагонии, и что помощниками их были канцлер ахайский Леонардо, один итальянец из Вероли в Лациуме и старки Петр де Во, "так как все дворяне страны были в плену вместе с князем". И хотя тут и не отсутствовало, но все же не заметно было духовенство, из чего можно заключить, что влияние церкви на государственные дела в княжестве Морейском было невелико.
Никлийский парламент представлял теперь прямую противоположность с тем, как недавно те же люди, Гвидо из Афин и Готфрид из Каритены, должны были вымаливать милость у своего победителя Вилльгардуена. Один из них был теперь защитником своего требующего освобождения ленного государя, другой был охранителем Ахайи, существование которой находилось в опасном положении. "Княгиня и господа прелаты и дворяне, - говорил герцог афинский, - хотя раньше я и восстал с оружием в руках против своего государя, сражаясь за свои права, но никто поэтому не должен думать, будто я не желаю пламенно его освобождения. Но я никогда не соглашусь на сдачу императору этих трех крепостей. Если он их получит, то так много поместит туда войска, что вытеснит нас из страны. Если нужно, то я готов самого себя отдать за освобождение князя; если же дело идет о выкупе, то я готов за него дать в залог все мои владения". Гвидо должен был бояться последствий отдачи Лаконии ради своего собственного герцогства. Если верить Морейской хронике, он стал на героическую точку зрения, когда объявил, что обязанность Вилльгардуена скорее умереть, как надлежат свободному человеку и христианину, чем отдать свою страну грекам Парламент, а наконец и герцог афинский заодно с ним решили принять условия императора. Так как в данную минуту недоставало в стране знатных господ, то в качестве заложниц Готфрид де Брюйер взял с собой в Константинополь двух знатных дам, Маргариту, дочь Жана де Нельи из Пассавы, маршала ахайского, и с ней сестру великого коннетабля Жана Шодрон. Дамы эти в глубоком горе, но безропотно подчинились ленному закону, который обязывал вассалов в случаях надобности для освобождения своего ленного государя отвечать собственной особой.
Вторая Республика
В 40-х годах XIX века Франция делает заметные успехи в промышленном развитии. На место мануфактуры и кустарной промышленности становится капиталистическая фабрика. Наступает эпоха крупного машинного производства.
Чем дальше заходил этот процесс, тем все определеннее становились его главные следствия:
а) усиление враждебности между ра ...
Сражение во Фландрии
Установившееся к середине октября равновесие сил на берегах р. Лис не позволило больше рассчитывать на успех операции по охвату фланга неприятеля в этом районе. Пространство от р. Лис до побережья оказалось заполненным войсками, а близкий берег моря явился естественным рубежом, положившим предел стремлениям противников обойти взаимно фл ...
Музыка “Русских сезонов”
Заслуги Дягилева в области русской и мировой музыкальной культуры общепризнанны. В монографиях, посвященных “Русским сезонам” в Париже, о них говорится вскользь и походя, как о чем-то само собой разумеющемся. Основное же внимание, как правило, уделяется балету или театрально-декорационной живописи. Между тем музыкальная сторона спектакл ...