ЗаключениеСтраница 1
В культурологии И. Хейзинги можно выделить три аспекта. Во-первых, историографический анализ эпохи позднего Средневековья в Нидерландах, европейской культуры XV в. Во-вторых, роль Игры в возникновении и развитии культуры всех времен и народов. В-третьих, анализ духовного кризиса западной культуры, духовной трагедии человечества, связанной с фашизмом и тоталитаризмом.
Хотя Хейзингу обвиняли в отсутствии методологии, после того, как мир ознакомился с его трудами, история как анализ ментальности сама стала методологией.
Хейзинга был первым, кто занялся ментальностью вплотную, кто показал, как найти подход к ее изучению. Понимание ментальности эпохи необходимо для правильной интерпретации истории. Событий и отдельных фактов так много, что никакой ум их не может всех восприять, даже в рамках сравнительно коротких отрезков времени. Значит, надо делать выбор, а это уже требует определенной методологии. Йохан Хейзинга писал, что "важнейшей задачей истории является осмысление (толкование смысла) того, что полно смысла", а "не придание смысла бессмысленному".
Й. Хейзинга предложил свое видение истории культуры. Для него важно понять, как жили люди в те отдаленные времена, о чем думали, к чему стремились, что считали ценным.
Труды Й. Хейзинги намного опередили время, но в наше время они заслужили всеобщее признание, а методология, имеющая в своей основе изучение ментальности прошедших эпох, широко используется современными исследователями.
Еще одна важная черта методологии Й. Хейзинги – отношение к культуре как к игре. Подлинная культура не может существовать без определенного игрового содержания, ибо культура предполагает известное самоограничение и самообладание, известную способность не видеть в своих собственных устремлениях нечто предельное и высшее, но рассматривать себя внутри определенных, добровольно принятых границ. Культура все еще хочет в известном смысле играться – по обоюдному соглашению относительно определенных правил. Подлинная культура требует всегда и в любом аспекте, а честная игра есть не что иное, как выраженный в терминах игры эквивалент порядочности. Нарушитель правил игры разрушает и культуру.
Для того чтобы игровое содержание культуры могло быть созидающим или подвигающим культуру, оно должно быть чистым. Оно не должно состоять в ослепление или отступничестве от норм, предписанных разумом, человечностью или верой. Оно не должно быть сиянием, которым маскируется намерение осуществить определенные цели с помощью специально взращенных игровых форм. Подлинная игра исключает всякую пропаганду . Она содержит свою цель в самой себе. Ее дух и ее атмосфера – радостное воодушевление, а не истерическая взвинченность. Сегодня пропаганда, которая хочет завладеть каждым участником жизни, действует средствами, ведущими к истеричным реакциям масс, и поэтому, даже когда она принимает игровые формы, не может рассматриваться как современное выражение духа игры, но только как его фальсификация.
При этом важно подчеркнуть, что в исследовании игры Хейзинга старался как можно дольше придерживаться понятия игры, которое исходит из положительных и общепризнанных признаков игры. Иными словами, он брал игру в её понятном повседневном значении и хотел избежать "короткого замыкания" ума, которое всё объясняло бы только с позиции игры.
Женское образование в первой половине XIX в.
Поступательное культурное развитие страны еще во второй половине XVIII века поставило перед царским правительством вопрос о женском образовании. Однако решение его было сугубо сословным. Признавалось возможным давать государственное образование лишь особам дворянского происхождения. В закрытых учебных заведениях. Такими заведениями в пе ...
Конституция СССР 1977 г.
В 1977 г. концепция «развитого социализма» была юридически закреплена в новой Конституции СССР. Она
должна была развить демократические положения конституции 1936 г. Как и прежде, упор в Конституции делался на провозглашение социальных прав граждан СССР, список которых стал шире: право на труд, бесплатное образование, медицинское обслу ...
Оценка опричнины в отечественной исторической науке.
В исторической науке ведутся многолетние споры о смысле и цели опричнины.
Начиная с Андрея Курбского, написавшего после своего бегства в Литву «Историю о великом князе московском» (1573), и авторов «Хронографа» (начало 17в.), многие русские историки – Н.М. Карамзин, В.О. Ключевский и др. – придерживались концепции «двух Иванов»: «добро ...