Биография
Страница 4

Только в 1884 году, освободившись, наконец, от напряженной работы, смог 82-летний изгнанник осуществить свою неотступную мечту – увидеть родную землю.

Провожали его торжественно, с почестями, которые оказывались лишь самым высоким лицам государства. Долгая дорога, и после всего он, наконец, на родине! Радость встречи со своими родными, счастье ступить вновь на землю, которая ждала его полвека. Он будто бы очутился снова в юности – знакомые пейзажи, с детства свои места. Он, живая легенда, повсюду – желанный гость, однако с болью замечает, как много изменилось за это время. Оккупация края, которую не удалось сбросить трем восстаниям, безжалостно выкорчевывает всякие признаки того, что создавалось предками за века. Домейко пишет: " я поехал в Мир, на могилу моего отца. Похоронен он был при приходской униатской церкви. Сегодня, новыми слезами оросив это место и почтив его молитвой, захотел я осмотреть храм, который некогда основали Радзивиллы, и который теперь был забран под православие.

У меня сжалось сердце, когда глянул я внутрь: уже там и следа не было наших алтарей и святых, каменные плиты с надписями выдраны из стен – и не только внутри, но и снаружи".

Трагедия народа, лишенного своей национальной религии, читается и в посещении других знакомых мест: "Деревню силой присоединили к православию, униатский храм закрыли, . люди не ходят ни в православную церковь, ни в католический костел".

На родине Домейко пробыл четыре года, пожил в семье дочки, в памятной с детства Жибуртовщине. Однако и здесь он не сидел на месте: побывал в Италии, Турции, Палестине, Египте. За время его нахождения в Беларуси сыновья Домейко получили европейское образование и горели желанием работать на родине своей матери.

Вместе с сыновьями возвращался на свою вторую родину и престарелый профессор. Но недолго оставалось пожить ему после возвращения в Сантьяго. 23 января 1889 года его не стало. День его смерти был объявлен в Чили днем национального траура. А в своей речи на траурном митинге президент страны Бальмакеда объявил о присвоении Домейко звания национального героя Чили.

Память об Игнатии Домейко свято почитается в далекой южноамериканской стране. Его имя носят и величавый тысячекилометровый горный хребет, который обозначен на картах как Кордильеро Домейки, и красивый светлый город Домейко в зеленой долине, и порт на самом берегу Тихого океана – Пуэрто де Домейко. Все эти географические места названы в честь талантливого и трудолюбивого сына белорусской земли. А в столице Чили возвышается величавый памятник с изображением знаменитого белоруса и высеченной на граните лаконичной надписью на испанском языке – Гранде Эдукадор, что означает – Великий Просветитель.

Имя Игнатия Домейко увековечил и научный мир. Его именем назвали открытый ученым в чилийских горах минерал "домейкит", аммонит "амонитес домейканус", ископаемый моллюск "наутилус домейкус", а также найденный и описанный Домейко вид фиалки – "виола домейкана".

Великий ученый-природовед не менее интересен и как литератор и художник. Кстати, именно зарисовки Домейко украшают многие книги Адама Мицкевича и про Адама Мицкевича. Мастерство же литератора особенно ярко проявилось у Домейко в его дорожных записках, которые известны под общим названием "Мои путешествия". Автор очень интересно, образно рассказывает о своих встречах с разными странами, с их людьми, лаконичными, но точными штрихами рисует увиденные пейзажи, внешний и внутренний мир героев, рассказывает о культуре и быте жителей, углубляется в историю земель. Путешествуя по далеким странам, белорусский изгнанник ни на минуту не забывает о том, откуда он родом. Описывая пейзажи чужих, нередко экзотических земель, автор очень часто сравнивает их с родными местами, о которых все время думает и тоскует. При этом в памяти, естественно, всплывают и названия этих мест, а за ними и живые белорусские слова, которых немало можно встретить в польскоязычных произведениях автора.

Страницы: 1 2 3 4 5

Первые храмы на Руси
Как только крестились киевляне, великий князь повелел рубить в Киеве церкви и ставить их по местам, где прежде стояли кумиры — мера истинно благоразумная! Язычники, без сомнения, привыкли считать эти места для себя священными, привыкли собираться на них для поклонения своим истуканам; теперь, приходя на те же места по прежней привычке, ...

Повинности крестьян и выкуп.
За свои урезанные наделы крестьяне обязаны были по- прежнему платить помещику оброк или отбывать барщину. Кроме того, была установлена так называемая «градация» оброка, по которой на первую десятину крестьянского надела падала половина всего оброка. Поэтому, чем меньше крестьяне получали земли, тем дороже она им обходилась. Крестьяне, о ...

Политический строй государства
Политический строй Османской империи приковывал внимание европейских наблюдателей. Он подвергался описанию и анализу в трудах дипломатов и путешественников, философов и правоведов. Если для одних это была просто абсолютная монархия восточного типа, то для других, без сомнения, это был деспотический режим, как назвал его Макиавелли в зна ...