Сталинизм и судьбы советской науки
Страница 4

Опыт гражданской войны, говорил о важной роли военных специалистов в строительстве и успехах Красной Армии, хотя в отдельных случаях среди них оказались предатели. Напоминая об этом, Ленин писал: «Спеца» военного ловят на измене. Но, военные спецы привлечены все и работают. Луначарский и Покровский не умеют, ловить своих спецов и, сердясь на себя, срывают сердце на всех зря». Речь шла о дифференцированном подходе к профессуре, в среде которой многие предпочли саботаж.

Процесс бюрократизации приобрел в годы сталинщины невиданные в истории масштабы. Научная бюрократия, изначально враждебная инакомыслию, подавляя свободу творчества, культивировала «спокойное и застойное» мышление. Прошло то время, когда лица, на которых была возложена реализация научной политики, исповедовали идею непосредственной связи между наукой и революцией.

Открывая в 1921 году, Первый всероссийский съезд научных работников, Луначарский сказал: «Немыслимо себе представить истинную науку, отделенную от революции, и революцию - от науки, ибо очень много существенных общих признаков в научном и революционном искании: свобода исканий, свобода методов, свобода творчества, смелый и решительный анализ и эксперимент - как моменты присущие всякой творческой науке. Те же моменты присущи революции».

Этот дух свободного поиска, прорывов в неизведанное, пронизывая жизнь народа в сфере социального творчества, изменял ситуацию в научном сообществе. Конечно, же его деятельность нуждалась в государственной поддержке, и она оказывалась в первые же послеоктябрьские годы, начиная от пайков и окладов, делавших быт ученых более сносным, чем у остальных граждан, и до организации новых исследовательских центров, снабжаемых валютой для закупки приборов.

Не скупилось государство в расходах на науку и в последующие времена. Однако из научного сообщества вытравливался тот дух свободы исканий и устремленности к дерзновенным решениям, который некогда роднил революцию и науку. Эффектом такого родства был стремительный подъем советской науки на рубеже 20-х годов.

В 1923 году академик Вернадский, немало испытавший, вплоть до тюремного заключения, писал из Парижа: «Мне хочется коснуться положения науки в России. Мне кажется, здесь имелось в виду зарубежье не сознают огромного дела культурного, которое сделано. Сделано при страданиях, унижениях, гибели и т.д. Центр мысли и научной работы не в эмиграции, а в России». Правомерно ли считать, что уже в тот период, когда на тех, кто занимался наукой, выпали страдания, унижения, гибель, зародился феномен репрессированной науки?

Известны, конечно, не все, а отдельные прецеденты преследования ученых в 1920 году по 1921 год за участие в контрреволюционных организациях. Под суд ревтрибунала попали зачисленные в члены московского «Тактического центра» биолог Н.К.Кольцов, экономист Н.Д.Кондратьев и другие, которых тогда же амнистировали. Трагично завершилось Петроградское «дело Таганцева». Большая группа профессоров, инженеров и преподавателей была расстреляна по обвинению в организации заговора с целью реставрации буржуазно-помещичьей власти.

Сейчас появились публикации о том, что это дело сфабриковано Петрогубчека. Но не могу не видеть различий между ним и процессами, вскоре инспирированными Сталиным соответственно хорошо продуманной, как и все, что им делалось программе, которой был придан характер стратегической политики Коммунистической партии и Советского государства.

Формула о «реставрации буржуазно-помещичьей власти» как главной цели вредительства, шпионажа, террора, диверсий и других государственных преступлений, в которых «признавались» жертвы всех процессов - от «Шахтинского дела» до «правотроцкистского блока» - имели в этом случае иной социально-исторический смысл, чем в обвинительном заключении, составленном по делу Таганцева Семеновым и другими петроградскими чекистами. Можно сказать с уверенностью что это, конечно, ни в коем случае не служит «историческим» оправданием истребления невинных людей, которое при любых условиях безусловно преступно.

Несколько профессоров, казненных на основании показаний Таганцева, были привлечены по этому делу за участие в контрреволюционном заговоре. Их причастность к науке являлась cлучайным признаком. С началом же сталинских репрессий первыми жертвами стали представители технической и научной интеллигенции «Шахтинское дело», «Промпартия», «Трудовая крестьянская партия», попавшие в разряд государственных преступников именно из-за своей принадлежности к этой социальной прослойке.

Страницы: 1 2 3 4 5

Развитие науки в военное время
«Сороковые, роковые», - сказал известный поэт, участник Великой Отечественной войны, о первой половине «сороковых». Но для идеологической атмосферы советского общества роковой оказалась и вторая половина этого десятилетия.[5] Цена победы, это конечно же узловая проблема истории Войны. Однако наша историография все еще сводит дело лишь ...

Политическая жизнь
Политическая жизнь с 1920 по 1934 годы характеризовалась многопартийностью, феерией борьбы партий в парламенте и быстро меняющимися правительствами (за указанный период сменилось 23 правительства). В декабре 1924 года коммунистами была предпринята попытка вооружённого восстания, которая провалилась из-за равнодушия рабочих и поддержки ...

Политическая идеология декабристов. Проекты преобразования государственного и политического строя России П.И. Пестеляи Н.М. Муравьева
Отечественная война 1812 г. и заграничные походы русской армии оказали большое влияние на передовое дворянство, прежде всего, из числа офицерства. Освободительный дух, выросший в борьбе против наполеоновских войск, вкупе с посещением европейских стран, знакомством с политическим устройством, образом жизни, социальным укладом Западной Ев ...